История седьмая. С мехом наизнанку и метлой подмышкой

img


Чудесная белизна покрывает землю. Немногочисленные тростинки, самые кончики которых блестят из снега, расцветают белыми морозными цветами. Окна комнаты настолько замерзли, что ничего не видно. Во дворе лает собака, хочешь посмотреть, что там делается... но не видишь. На ум приходит, как в детстве, нагреть кружку на плите и поставить рядом с окном. Нехотя отступает мороз и ненадолго в круглое отверстие можно увидеть, что происходит за окном. Ночью выпало много снега, сугробы кажутся даже больше, чем вчера. Одна сторона алеет, солнце встает.

Даугава утихла, вода, пронесшаяся по всем семи излучинам, уставшая от бега, остановилась и надела ледяную шубу. Люди могли сократить путь через замерзшую реку пешком или верхом на лошади.



Зима ведет нас по белым, заснеженным дорогам к запаху елей, пирогов и тушеной капусты, заставляет задуматься у теплого пламени свечи и дождаться ряженых людей, чтобы избавиться от всех напастей и получить благословение на весь новый год.



Подготовка к празднику начиналась заблаговременно. Выкормленную за лето свинью забивали в декабре, поэтому на рождественском столе было много мяса и разных колбас. В каждом доме готовили кровяные колбасы или колбасы с добавлением крупы. Если свинью не держали или ее уже зарезали, за кровью на колбасу шли к соседям, когда те кололи свинью. Заколов свинью, выбирали кишки и сливали кровь. Кишки хорошо очищали, затем, надевая на веточку, выворачивали на другую сторону и тщательно соскабливали всю грязь. Кишки становились тонкими и чистыми. Отваривали крупу, сало нарезали мелкими кусочками, обжаривали на сковороде до коричневого цвета и добавляли к крупе. Все охлаждали и добавляли кровь, перец, лавровый лист, лук - что больше нравилось. Один конец кишки завязывали и через трубочку вводили в кишку начинку, другой конец завязывали. Выпекали в предварительно разогретой духовке.



В канун Рождества, когда стемнело, приготовив угощение, все ждали людей в масках. Помню, когда была маленькой, когда наступали холода, все ждали ряженых, я даже пугалась несколько раз, когда была маленькой, пряталась на печке, но потом поняла, что под маской скрывались соседи. Бабушка, когда рассказывала о каком-нибудь веселом человеке, говорила: «Этот/Эта  (имя) как рождественская кайта (недуг, хворь)». Позже, помня слова бабушки, мне удалось найти, исследовать и восстановить местную традицию ряженья.



От Рождества до Крещения проводились так называемые «игрища». Это были обычные посиделки, во время которых переодетые люди (кайтас) время от времени показывали свое выступление. Вместе с кайтас в игрищах принимали участие и самые известные шутники. Заходя в дом, кайты не шли как цыгане (название группы людей в масках) всей кучей в помещение, а подходили поодиночке, здоровались друг с другом, рассказывали, что пришли делать и спрашивали разрешение войти, затем присоединялись остальные. Кайтас мало пели, говорили двусмысленные тексты.



С давних времен темная половина года была для латышей временем ряженья. В Латвии известно более 70 наименований групп масок. В каждом месте были свои названия шествий ряженых. Они были связаны со временем появления маски, самими масками, каким-то важным атрибутом или основной маской.



Время всегда подгоняет делающего. Нужно искать валенки и настоящие овечьи шкуры, надо смотреть, чтобы моль не поселилась. Со временем такие вещи найти становится все труднее, даже невозможно. Летом возле дома была замечена ветвистая ива, которая подойдет для палки. Высушенная у печи, обвешенная колокольчиками, украшенная бараньими рогами, а когда стучишь ею по земле, аж ухо радует! Льняной мешочек и пара шелковых шарфов из приданого моей бабушки, толстые тюковые веревки, лошадь, сделанная из старого валенка, корзины и костыли, бельевая веревка и держатель гошков, насыпанный из печи мешочек с золой и  глиняный горшок, еловая ветка и необычные слова, называемые в народе «Олутеню» – Парамон, Прокоперей, Пульгенцея, Макандрик...



За плечами 16 международных фестивалей маскарадных традиций, на которых было получено 30 благодарностей от оценщиков за признание и умелое исполнение местной традиции ряженья. В 2009 году Центру фольклора доверили проведение Международного фестиваля масочных традиций в Дагде. В течение двух дней в Дагде и ее окрестностях маскировались группы из разных уголков Латвии и из-за рубежа.



 



В преддверии Рождества и времени цыган проводится мастер-класс по изготовлению традиционных масок для лица. На мастер-класс приглашаются все желающие, которые хотят вовремя и правильно подготовиться, чтобы в конце декабря стать ряжеными.



Когда мы ходили по Дагде в масках, люди спрашивали, не зайдем ли мы и к ним, даже просили обязательно зайти к ним. Когда я начала исследовать, то обнаружила, что традиции ряженья очень древние и имеют глубокий смысл.





В Латгалии участников масочных шествий, называли - калядники, чыгуони, каити, ряжыным, дадим, галенком, лаулёбником, переодевшись до неузнаваемости, ходили от дома к дому, очищая своими действиями окрестности от различных зол, обеспечивая плодородие, здоровье и восстановление.



Маски можно разделить на три группы: животные и птицы (медведь, журавль, коза, волк, лошадь), мифологические персонажи (смерть, покойник) и представители различных профессий (врач, мукомол, покупатель, фотограф, звездный исследователь). У каждой группы масок, как и у каждой маски, был свой театральная модель поведения.



Участников шествия в масках гостеприимно встречали, потому что считали, что они приносят благословение в дома. Если хозяин не пускал ряженых, они могли устроить какую-нибудь шалость, например, подпереть дверь, поставив перед ней тяжелый предмет, найденный во дворе.



«На Рождество, когда ходили в «цыгане» — мужчины переодевались в женщин, а женщины в мужчин. Намазывались углем. Входили в комнату, танцевали, пели - если не угостили, обещает обломать коровам рога. Это продолжается в течение двух рождественских дней». (LFK 1950, 2224 Асуне, рассказывала Ирены Арницане в 1960 г.)



«В окрестностях Аулеи ряженых в масках называют «дади» или «галенки». Галенки ходили по нескольким деревням под Рождество, а в некоторых селах в первый день Рождества после обеда. Шествия в масках устраивались и на свадьбах. Такие шествия в масках, ходившие на свадьбы, называются «цыганами».



Перед началом шествия мужчины и женщины собирались в помещении и надевали соответствующие маски. Переодевшись, они снова собрались вместе и начали условленное шествие.



Галенки маскировали лицо масками, вырезанными из бересты, у которых брови, рисовали углем и обвешивали меховыми тряпками. Бороду делали из льняной или меховой шкуры. Делали маски и из бумаги, к которым так же приклеивали бороду и рисовали брови.



Голова была покрыта тряпками. Иногда надевали на голову сито, а затем обматывали тряпками, чтобы сделать голову больше.



На спине у них были одеты срезанные меха или старые шубы, которые подпоясывались соломой или полотенцами, а иногда привязывали красными тряпками. Женщины иногда надевали брюки, а мужчины — женские юбки. Иногда на спине делали большие горбы. Точно так же на спину надевали и корытца, под которые набивали тряпки, чтобы можно было бить по спине. К спинам подвешивали кули, Цыгане были похожи на галенки, только горбы на спине никто не делал.



Галенки иногда делали лошадь или журавля.



Конь был сделан так: палка, которая помещалась между ног всадника, имела голову и хвост из соломы. Всадник обвешивался одеялами, которые свисали до земли, а затем по бокам вешали сапоги.. Сам всадник продвигался пешком. Ноги всадника не было видно.



Журавль делался так: брали веник (веник, которым печь подметают). Человек сидит сверху на метле так, чтобы метла была сзади. Метла была хвостом журавля. Вместо клюва привязывали длинный кол и поверх него надевали рукав пальто, которым всадник прикрывался. Головы всадника не было видно. Журавль, ходя по комнате, хлещет всех, кто окажется на пути. Иногда журавль опускал хвост в воду и всех обливал.



Сами галенки, чтобы казаться выше, добавили деревянные ножки.



Впереди шествия ряженых шел один старший, которого иногда везли в санях. При входе в некоторые дома галенки танцевали. Они также заставляли танцевать хозяйку и других домочадцев. Танцуя, он напевал какую-то мелодию, но не говорил внятных слов, чтобы не быть узнанным. Они также искали маленьких детей, которые обычно прятались, потому что боялись масок. Детей постарше тащили в сани, потому что они не разгадали перед Рождеством загадки, которые задавали друг другу или задавали им взрослые.



Перед Рождеством – во время Адвента, по вечерам жители дома, занимаясь хозяйством, просили друг друга отгадать загадки. Очень часто случалось, что кто-то из упомянутых не отгадывал, тогда тот, кто дал задание отгадать загадку, ругался так: «Сто резаных, сто сломанных, сто ажурных — вытаскать, вымыть...».



Хозяин дома дал галенкам пива, а хозяйка печенья». (ЛФК 0935, 32067, 32068, 32069 Аулейская волость, рассказывал А. Дзалбс 5 октября 1936 г.)



Говоря об атрибутах масок, следует выделить ветки и метлы вечнозеленых растений, которые играют очень важную роль. Еловые, сосновые, можжевеловые ветки обладают магической силой, они олицетворяют бессмертие природы как источника жизни. Ими ряженые били всех людей в доме. Можжевеловыми ветками иногда ряженые выкуривали комнаты.



В Дагде, Скаисте, Краславе, Шкяуне упоминается, что ряженых  называли себя цыганами. Описано, что в Скайсте собралась большая группа ряженых, их сопровождал музыкант, в Дагде шли старшие женщины и мужчины и дети поменьше, всего около 8-10 человек. Чтобы не быть узнанными, они растрепывали волосы, мазали лицо сажей, в Скайсте красили нос в красный цвет, держали в руках или за поясом плетку.



«Во время Великого поста иногда человек притворялся чертом. Он ходил по домам и смотрел, не происходит ли где-нибудь веселья и танцев. Если вы поймаете кого-то, кто радуется, то это «написано на коже». Есть поговорка, что, если кто-то счастлив во время поста, «черт напишет тебе на коже».



«В Удришах обычно ряженые ходят в канун Нового года. Старый год рассказывает о событиях прошлого года. Наступает Новый год, и старый передает ему бразды правления. Старый год выгоняют. Играют марш». (ЛФК 1640, 5500 записано в Дагдской волости в 1934 г.)



Маска — это окно в другой мир, которое соединяет с другой реальностью. Маска принадлежит к древнейшему, загадочному и славному культурному наследию человечества. Глубокие корни традиций ряженья живут в каждом из нас, и это создает ощущение принадлежности к своему народу, к своей культуре.



 



Инта Вилюма



Фото из архива Центра фольклора.

Фото дня

Календарь


Пн
Вт
Ср
Чт
Пт
Сб
Вс

Проекты

Конкурсы

Именины

  • Jadviga, Laura

Партнеры

  • Latvijas Reitingi